Ирина Шарова — дизайнер, для которой мода никогда не существовала отдельно от системы. Инженер-технолог швейного производства по базовому образованию, дизайнер с международной практикой и экономист по подготовке, член Союза дизайнеров России, она выстраивает бренд ALISIA FIORI через форму, технологию и эффективность, дополняя их историей и глубоким пониманием культурного контекста.
За одиннадцать лет бренд прошел путь от нарядной детской и школьной одежды до сложных женских коллекций, исторических капсул и подиумных проектов, в которых раскрывается образ женщины во времени. Сегодня ALISIA FIORI выбирают те, для кого стиль становится частью семейной культуры и личной идентичности.
В 2026 году бренд ALISIA FIORI выходит на новый уровень, представляя премиальную линию, вдохновленную Костромой и эстетикой русского дворянства — с вниманием к форме, деталям и смыслу.
– Ирина, расскажите о своем профессиональном образовании в области моды.
Мое базовое образование – Костромской государственный технологический университет, специальность «Инженер-технолог швейного производства». Это тот фундамент, который напрямую связан с моим делом и, честно говоря, дает бренду огромную опору.
Дизайнерское образование пришло позже – и это тоже важно, но именно инженерная школа позволяет мне быть не только человеком творческим, а человеком производства. Я понимаю все процессы изнутри: как организовать предприятие, выстроить операционную логику по цехам и между ними, провести изделие по всем уровням – от подбора ткани, отработки дизайна, конструкции, технологии до фото-видео-редактирования и подготовки изделия к презентации на подиуме и последующим продажам в онлайн и офлайн пространствах. Это не «наблюдение со стороны», это способность вдумчиво и с подниманием контролировать качество и результат на каждом этапе.
Позже я прошла обучение по специальности «Дизайнер одежды» в Академии Искусств во Флоренции, а также получила экономическое образование в МГУ им. М.В. Ломоносова. И я всегда подчеркиваю: для дизайнера-производственника экономическая база – не роскошь, а необходимость.
Бренд живет долго не потому, что у него был яркий старт, красивые съемки и громкие показы. Он живет, потому что у него есть правильная застройка и заданная устойчивость: идейная платформа бренда, понимание производственных циклов, жизнеспособности коллекции и каждой модели на всех этапах от создания до продаж, видение собственного пути. Дизайнеру важно владеть этими опциями самому, плотно взаимодействуя со всеми структурами и отделами/департаментами предприятия. Тогда творческая идея не теряется, а, наоборот, укрепляется: она становится точной, выверенной и честной по отношению к покупателю, ДНК бренда и будущему компании. И все это должно лежать на фундаменте здравого ума и чистой совести.
– Ваш бренд стал лауреатом премии Dress Code Award в категории «Высокий стиль». И это признание не только знак качества, но и знак вклада в воспитание вкуса. Что вы почувствовали в этот момент?
– Я почувствовала спокойную уверенность: мы все делаем правильно. Сомнений в этом у меня никогда не было. Воспитание вкуса вплетено в ДНК бренда, и это считывалось с самых первых коллекций.
В 2015 году мы выпустили первую коллекцию, и она была услышана удивительно точно. Нам не пришлось придумывать легенд, объяснять концепцию или искусственно «упаковывать» идею. Покупатели просто почувствовали нас. Первые классические коллекции ушли очень быстро, без рекламных бюджетов – это были органические продажи. И что важно, нас поддержало профессиональное сообщество: на выставке к нам подошли редакторы журналов и предложили участие в Неделе моды.
В 2017 году, по настоянию экспертов, нас пригласили на Неделю моды в Москве с детской нарядной и школьной коллекцией – подчеркну, не на коммерческой основе, а при поддержке Минпромторга. И дальше процесс пошел уже естественным, логичным ростом.
И критика, и самокритика всегда рядом со мной, поэтому никакие победы «не сносят крышу». Я стараюсь держать внутреннюю дисциплину – хвалу принимаю достойно, к клевете отношусь спокойно, равнодушие не обижает. Премии и признание – это, как я люблю говорить, конструкция 5D. Это и стимул, и помощь, и подсказки, и иногда – испытание, потому что может отвлекать, если потерять фокус. Но, если воспринимать это осознанно, награда становится инструментом развития.
В 2025 году бренд Alisia Fiori получил в ОАЭ премию в номинации «Лучший бренд», и это было не случайно. Годом ранее, участвуя на Emirates Fashion Week, нами была правильно услышана аналитическая подсказка от организаторов и байеров показов – что на подиуме и в магазинах представлено в избытке, а чего рынку, при этом, не хватает. Мы не стали вставать в закрытую позицию, а приняли эту информацию не только во внимание, но и в разработку. И в итоге привезли на Неделю Моды в ОАЭ коллекцию, которая оставалась нашей по ДНК и геометрии, но учитывала реальный запрос публики. Итог был закономерен – первое место.
Я всегда считала важным слышать мир и оставаться собой одновременно. Именно так бренд сохраняет силу. Также в 2025 году мы создали полноценную историческую коллекцию и победили с ней на конкурсе «Мода – национальное достояние России». Эта коллекция про женщин конца XIX – начала XX веков – героинь разных сословий, литературных произведений, политических течений. Через одежду мы показали, как трансформировался их внешний образ вместе с изменением роли женщины в обществе в различных сферах жизни. Это появление нового качественного уровня внутреннего самоощущения и потребности быть полезной обществу. Феминизм в глубоком, созидательном смысле – не радикальный лозунг, не дорога разрушения, а созидательный путь.
Нам не хотелось бы прятать эти коллекции в архив, поэтому было принято решение выставить их в нашем флагманском Модном Доме, который мы недавно открыли в Костроме в центре в историческом знаковом месте – Торговых рядах – памятнике градостроительного искусства времен екатерининской городской реформы начала XIX века. Это место, которое любят и жители города, и туристы, и кинематограф: здесь снимали, например, «Жестокий романс» по пьесе Островского «Бесприданница», «Бесы» по роману Достоевского и другие картины.
Это атмосферное пространство, площадью более 500 квадратных метров, с отдельными, восстановленными нами залами. Здесь, помимо одежды, представлены подлинные картины русских художников-передвижников из частных коллекций, арт-объекты из мира моды, музейные образцы, воспроизводящие русские костюмы разных сословий XIX–XX веков.
– Ваш бренд выбирают мамы, которые хотят воспитать вкус, и женщины, которые уже умеют выбирать самое лучшее. Вы чувствуете, что ваш бренд стал частью семейной культуры, когда в одной эстетике растут мать и дочь?
– Мы это не просто чувствуем – мы это видим. По количеству постоянных покупателей, по отзывам, по историям, которые приходят нам ежедневно. Большая часть наших поклонников – это семьи, которые когда-то покупали у нас детскую нарядную и школьную одежду. Ведь изначально наш путь начался именно с одежды для девочек. И только позже, по просьбам мам, мы создали женскую капсулу в общей стилистике с детской, чтобы можно было собирать гармоничные семейные образы. Затем женская линейка стала самостоятельной и полноценной.
И я хочу подчеркнуть важное: уже несколько лет мы работаем не в одном стилевом ключе. Да, нас узнают по определенной эстетике, но наша задача шире – создавать одежду для разных поколений, вкусовых предпочтений и разных случаев жизни. У нас есть изделия для школы и офиса, для торжеств и значимых событий, для сцены, арт-выходов, путешествий и повседневного ритма.
И каждый из этих векторов наполнен нашей энергией: знанием истории, пониманием современной архитектуры моды, умением работать с силуэтом, тканью, смыслами.
Мы не живем внутри одной ретро стилистики – это только одна наша грань, как и одна грань меня. Я, например, очень люблю одежду в стиле гранжи панк аниме, и отзвуки этих предпочтений есть в наших последних коллекциях, также как есть отсылки к стилям бохо и кантри. Наше любимое родное направление – славянский исторический носибельный фолк. И, конечно, ассортиментный фундамент/платформа бренда – выверенная геометричная классика с историческим подтекстом.
Что касается единой эстетики мамы и дочери – это, конечно, красивый идеальный мир. И он возможен до тех пор, пока девочку одевает мама. Но дальше начинается естественный стилевой разрыв: взросление, собственный взгляд, самостоятельность. А здесь вступает в силу воспитание вкуса, чувство меры, эстетическая культура. Именно поэтому у нас несколько ассортиментных и стилистических направлений, чтобы говорить с разными возрастами, оставляя в основе умный, достойный образ, который остается узнаваемым по нашему ДНК.
Я часто использую слова «геометрия» и «архитектура» в дизайне одежды, потому что они – первооснова визуального восприятия, рождающегося из запросов времени и общества. Именно они меняют форму даже классики. Силуэт, плечо, прибавки, восприятие человеческого тела – все живет, все движется. И задача бренда – быть в этом движении абсолютно точным, а не случайным.
– С какими сложностями вы сталкиваетесь, когда хотите сохранить высокий уровень исполнения ткани, посадки, технологичности? И что для вас самое недопустимое в качестве производства?
– Когда я читаю о «допустимом» и «недопустимом» в качестве, у меня сразу возникает в голове фраза Воланда из романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» про осетрину второй свежести: «Свежесть бывает только одна – первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая». С качеством – абсолютно идентично.
Качество либо есть, либо это брак. Мы работаем по ГОСТу– причем, советскому, а значит, по высокому стандарту. И в этом снова проявляется роль моего первого образования инженера-технолога: технологические карты, построение потока, ОТК, распределение задач, контроль по операциям – это моя профессиональная база.
Когда бренд только зарождался, и мы отдавали часть изделий на отшив на сторонние производства, первые партии я всегда ездила проверять сама. Мне достаточно увидеть изделие, даже не выворачивая его наизнанку, чтобы понять, где нарушена технология. Я помню, как на производстве шептались: «Она приехала», потому что понимали, я отбракую, если что-то сделано не так.
Сложности сегодня – это прежде всего реальность внешнего мира. И, конечно, кадры. Профессиональных кадров в стране катастрофически мало. Когда я училась, инженеров-технологов готовили в четырех городах в четырех вузах. Сейчас – фактически в одном.
Со швеями ситуация еще острее: хорошее среднее профессиональное образование стало не престижным, молодежь не хочет туда идти. А швея-профессионал, портной, человек, который понимает изделие целиком, умеет работать со сложными тканями, способен мыслить конструкцией и технологией – это драгоценность. Мы таких людей собирали годами, и мы ими дорожим.
Материалы – отдельная тема. Ткацких комбинатов в России немного, часть закрылась, часть сократила мощности. Но мы сотрудничаем как с зарубежными, так и с отечественными производителями.
У нас хорошая, наработанная годами база поставщиков, поэтому с тканями проблем не возникает, тем более что я сама – не только инженер-технолог, но и материаловед-конфекционер, с тканями мне дружить легко. Всегда смогу найти замену.
По производству – наша сила в собственной производственной базе: мы независимы от стороннего отшива, у нас свои цеха (конструкторский, экспериментальный, раскройный, швейный), свои программы и контроль. Мы можем производить любую ассортиментную категорию любой сложности и в быстрые сроки, благодаря высокой квалификации людей, наличию специального оборудования, налаженным производственным и внутренним операционным процессам.
Это дает устойчивость, гибкость и короткий рычаг быстрого воздействия на структуры предприятия и мгновенного реагирования на запросы покупателей и внешние угрозы.
– На маркетплейсах бренд видят тысячами пролистываний. Как вам удается сохранять благородную ДНК бренда и качество восприятия, оставаясь при этом в среднем ценовом сегменте и в массовом канале продаж?
– Одна из граней внутреннего аристократизма заключается в том, что пошлость не может вас задеть, даже если она рядом. Когда достоинство и интеллигентность являются внутренней сутью, они не исчезают из-за среды.
Маркетплейсы для нас – торговая площадка, которая дает доступ большому количеству покупателей. У нас много поклонников по всей стране, потому что долгое время мы существовали только в онлайн-пространстве. И когда-то маркетплейсы были действительно удобным и сильным инструментом презентации и продаж. Мы закрепились там давно, с 2016 года, имеем богатый опыт, хорошую историю, высокий рейтинг и большой пул постоянных клиентов, которые нас любят, ждут новинок, пишут отзывы, возвращаются, приводят новых покупателей.
Отказываться от этого канала только потому, что на платформе есть разные бренды и разные подачи, – неправильно по отношению к нашей аудитории.
В том числе, к тем, кто нас выбрал давно и постоянно покупает нашу одежду, например школьную. Родители часто остаются верны нашему бренду, покупая продукцию из года в год всем школьным поколениям своей семьи. Уход из этой системы выглядел бы, как предательство доверия.
При этом, мы расширяем структуру: открываем флагманский Дом моды, развиваем собственный интернет-магазин, где будут представлены линейки и капсулы, которые не появятся на массовых интернет-площадках. Мы плотно и продуктивно работаем и со всеми известной модной интернет-платформой, специализирующейся только наfashion-сегменте, там мы можем показывать более сложные коллекции и подиумные изделия. Но в каком бы направлении мы ни работали, ключевой принцип остается прежним: наше ДНК – прежде всего. Поэтому для нас вопрос, в данном случае, не в канале, а в том, что именно мы транслируем и как держим свой стиль.
– Вы объявили 2026 годом премиальной линии ALISIA FIORI, вдохновленной родной Костромой и эстетикой русского дворянства. Расскажите о концепции.
– Премиальная линия не возникла, как эффектный жест или маркетинговое решение. Она складывалась постепенно – из ДНК бренда, из моего жизненного пути, из накопленного профессионального и культурного опыта, из внутреннего запроса времени.
Многое из того, о чем мы говорили раньше, уже подводит к ответу на вопрос по этой теме. Для меня всегда было важно не просто создавать одежду, а понимать, откуда она рождается и какой смысл несет. Воспитание, семейная среда, уважение к образованию, культуре, истории – все это формировало внутреннюю опору задолго до того, как появился бренд. Меня учили думать, читать, задавать вопросы, искать причинно-следственные связи. Не жить поверхностно и не принимать мир в готовом виде.
Я рано почувствовала потребность разбираться глубже в истории, в культуре, в том, как формируется общество, и как в нем меняется роль женщины. Это не было академическим интересом ради знаний, я стремилась понять, где нахожусь и что именно могу привнести в мир.
Такой тип мышления, спокойный, исследовательский, не инстинктивный, и стал основой той женщины, к которой обращена премиальная линия.
К 2026 году мы подошли подготовленными. За плечами годы производства, собственные цеха, команда, поставщики, опыт международных показов, работа с историческими и концептуальными коллекциями. Мы научились быстро, точно и глубоко создавать сложные вещи, не теряя качества и смысла. И главное – мы чувствуем запрос общества на осмысленную моду, на одежду с культурным кодом, на предметы, за которыми стоит личность и знание.
Премиальная линия – это естественное продолжение пути. Мы уже прожили этот этап через показы, через исторические коллекции, через развитие Дома моды, как культурного пространства. Мы создаем залы для экспозиций, мастер-классов, встреч, потому что для нас важно возвращать одежде ее интеллектуальную и воспитательную функцию.
Узнайте больше на официальном сайте бренда
