Лауреат множества профессиональных и бизнес премий, в том числе международной IWQC среди 179 стран мира (BID), номинации IQS International Quality Summit, ADD Awards, «Персона Года 2015», DC AWARD 2019, «Дизайнер Года 2020» и многих других – Оксана Попугаева – основатель и руководитель крупных бизнес-проектов в сфере архитектуры и дизайна, совладелец группы компаний IDHome. Оксана также является автором программы «Психологический визуализатор», переложенной на компьютерный код, курсов «Дизайн через призму психологии» и «Стратегия ведения переговоров в зависимости от психотипа клиента».
Можно ли с помощью пространства изменить жизнь человека? И что первично – бытие или сознание – наша героиня рассказала в этом эксклюзивном интервью.
– Как и в какой момент на вашим профессиональном пути сошлись психология и дизайн?
– Интересоваться психологией, так же, как и преобразованием пространства, я начала с самого детства. Мне всегда было интересно, как можно трансформировать и улучшить жизнь людей, наверное, это можно назвать некоей «миссийностью». Следуя этому пути, в пятом классе я абсолютно четко решила, что хочу быть модельером. Потом, правда, вспомнила, что у нас уже есть две звезды – Валентин Юдашкин и Вячеслав Зайцев, – а становиться третьей мне неинтересно. Зато интересно быть первопроходцем! Например, в трансформации сознания человека с помощью пространства.
Уже в начальной, а потом и в средней школе я читала огромное количество книг, связанных с психологическим развитием, с тем, как формируется мышление человека, каким образом выстраиваются коммуникации. Удивительно, но уже тогда ко мне обращались за советом и сверстники, и ребята постарше, коих всегда было много в моем окружении, и даже взрослые.
Параллельно я училась в художественной школе, занималась программированием, спортом – векторов развития всегда было много. Школу закончила с золотой медалью. Думаю, психология здесь сыграла не последнюю роль: полученные знания помогали эффективно совмещать несколько направлений, договариваться и организовывать процессы.
Интерес к бизнесу зародился тогда же: свой первый стартап я запустила… в пятом классе! Наша фирма называлась «Снайдл» (по имени известной куклы).
Мы рисовали модели одежды для Барби и Синди, отшивали и продавали их. Заказы размещали наши же одноклассники! Самое забавное, у меня уже тогда были в найме сотрудники, причем на работу просились не только девочки, но и мальчишки! Это был классный опыт, с одной стороны – все еще игровой, с другой – это уже была история про зарабатывание, реализацию и собственное творчество. А еще мне важно было видеть удовольствие в глазах ребят, в глазах людей, которые получают результаты от нашей работы.
– После школы вы решили получать высшее образование в России, хотя ваши родители в тот момент уже жили в США, и вы вполне могли поступить в престижный Университет там. Почему остались?
– У меня три высших образования – в области дизайна и архитектуры, психологии и в сфере бизнеса, и все они получены именно в России. Когда я окончила школу, мама, действительно, предлагала поступать в Гарвард, на факультет дизайна. Мы туда съездили, Гарвард впечатлил, но… при всем уважении, не их факультет дизайна. Я и сегодня убеждена, что наша академическая школа – самая сильная. Родители переживали, ведь в Америке местное образование ценится намного выше зарубежного. Но отчего-то я не сомневалась: с российским образованием, я смогу добиться успеха везде.
На протяжение нескольких лет училась, стараясь совмещать классическое художественное образование с техническими знаниями. Приходилось, что называется, «добирать», потому что творческие вузы, в силу профиля, не делают акцента на том же конструировании или сопромате… Но заниматься архитектурой и проектированием без этих знаний – невозможно. Создавать красивые концепции мало, надо четко понимать, насколько они реализуемы.
– А психологии в рамках обучения было достаточно?
– Курс по психологии входил в обязательную программу, но беда в том, что давался он поверхностно. Для дизайнеров и архитекторов это было что-то вроде: «красный цвет возбуждает эмоции, зеленый успокаивает». На этом все. Однако, на самом деле, один и тот же цвет абсолютно по-разному воздействует на разные психотипы людей.
Чтобы создавать гармоничный дизайн, нужно представлять, как на уровне подсознания происходит восприятие пространства. Существуют базовые психотипы и темпераменты. В отличие от характера, над которым мы можем осознанно работать и который можем менять в течение жизни, темперамент – своего рода базовая настройка, с которой мы рождаемся и поменять которую нельзя. В зависимости от темперамента на одни и те же цвета, фактуры и формы люди реагируют по-разному.
Я могу говорить об этом с уверенностью, потому что всегда стараюсь подвести под свои знания доказательную базу. В данном случае такой базой служат исследования, которые я на протяжении трех лет проводила в США.
В Нью-Йорке мы работали с группами деток 1,5–4 лет. В этом возрасте у детей абсолютно чистое сознание, у них еще нет призмы знаний, опыта, нет информации о том, какие элементы о чем должны говорить. Это абсолютное незамутненное восприятие.
В исследовании участвовали три группы:
- ребята из неблагополучных семей (в основном это были афроамериканцы);
- группа деток с высоким уровнем IQ (преимущественно экстраверты, дети из русскоговорящих и американских семей);
- смешанная группа (по большей части латиносы).
Подтвердилось мое убеждение: восприятие на неосознанном уровне вообще никак не зависит от расовой принадлежности, традиций, воспитания, социального сегмента и достатка. Зато напрямую зависит от данного с рождения психотипа.
– Насколько сильно пространство вообще способно влиять на человека?
– Расскажу яркую историю для примера. Представьте семью: супруги разошлись, дочь осталась с мамой, при этом девочка –абсолютно папина дочка. С психологической точки зрения девочка – сангвиник, это яркий и дружелюбный психотип, который легко переключается, ему не свойственно состояние депрессии. Мама же – абсолютный экстраверт, больше холерического склада, то есть вспыльчивая и достаточно давящая натура. После ухода отца отношения в семье не складываются: мама давит, потому что теперь на ней вся ответственность за ребенка, дочь уходит от конфликтов, но все реже бывает дома, замыкается, дистанцируется.
В итоге развивается серьезный конфликт, когда люди не в состоянии общаться. Через знакомых мама обратилась ко мне, рассказала о ситуации. Мы посмотрели дом: оказалось, он полностью сориентирован на мамин психотип: локальное серо-белое пространство, стены тонированные серым, орнаменты тоже моноколорные. Мебель в основном белая, в сканди-варианте, нет абсолютно никакого цвета. Комната ребенка выдержана в аналогичной эстетике…
И если маме в таком пространстве в силу темперамента хорошо, то девочке-сангвинику максимально неуютно. Сангвинику необходимы яркие цвета, нужны фактуры, разные зоны света, которые переключают внимание.
Мы взялись за дело и за месяц трансформировали квартиру. Добавили ярких акцентов в комнату дочери, изменили зону общего пользования, ввели новые фактуры, ведь в помещениях были материалы, которые провоцируют агрессивное поведение. Плюс включили в интерьер общей зоны дерево, которое вызывает ощущение безопасности, располагает. В общем, поменяли «агрессивную» и триггерную общую зону дома на «говорящее» пространство, которое помогает коммуницировать и договариваться. Результат – расположение мамы и дочки друг к другу через пространство стало меняться: уже через месяц наладилась коммуникация. Дочь не бежит из дома, мама начала улыбаться. Таким образом квартира сформировала такое состояние комфорта у домочадцев, что глобально поменялась тембральность диалога в семье. И таких историй много!
– А с коммерческими пространствами это работает?
– На этих принципах мы создаем, к примеру, гостиничные комплексы. Хотя у всех психотипов свои предпочтения, зачастую полярные, существуют цвета и фактуры, которые подходят всем. А есть провокационные формы и цвета, которые могут в критичных точках вызывать эффект раздражения. Соответственно, если мы делаем пространство для разных психотипов, мы нивелируем эти триггеры. Есть фактуры, которые располагают. Например, озеленение в интерьере или дерево, которое вызывает доверие и желание, независимо от того, кем ты являешься по своему складу.
Хочешь провести удачные переговоры? Посади партнера за стол из слэба. У меня такой в салоне неслучайно – за ним всегда подписываются контракты! Все это можно использовать и в продажах. С помощью грамотно построенного пространства можно управлять потоками людей.
Так, в бизнес-центрах и торговых комплексах, можно «задерживать» посетителей у важных зон, концентрировать внимание, а где-то можно сделать абсолютно нейтральную зону – такие локации люди автоматически проходят мимо.
Скажу больше: трансформация офиса компании способна увеличить оборот. Все пространства, которые я меняла, давали минимальный годовой прирост от 28%. Мы трансформируем, и стоимость услуг повышается автоматически. Не от дорогих материалов, а от правильной психологии подачи.
Мы успокаиваем людей, создаем ощущение комфорта, когда нужно – задерживаем их в пространстве, когда нет – напротив, создаем «поток». Все это уникальные знания, которыми, к сожалению, мало кто обладает.
– Оксана, в начале вы упомянули о «миссийности». На сегодняшний день ваша миссия – это?..
– Я хочу сделать людей счастливее. Для этого человек должен ощущать себя в полной гармонии, в состоянии комфорта, именно на неосознанном уровне. Ему должно быть кайфово внутри своего пространства. Когда он находится в балансе, эйфории, он меньше нервничает, меньше переживает. И это состояние свободы, удовольствия жизни он автоматически передает другим людям, так зажигается тепло и счастье в мире. В современном мире это особенно важно…
– Расскажете о первом опыте работы?
– Я начала работать еще с первого курса института. Считала, что уже могу больше. Поступив, я сразу отправила резюме в одну из двух лидирующих на тот момент компаний – с топовым европейским уровнем дизайна, выше сегмента не было. И мне позвонили! Это было первое (и, кстати, последнее) в моей жизни собеседование, но оно запомнилось на всю жизнь. Потому что руководитель тестировал меня на основе принципов ведической архитектуры, по которым уже пять тысяч лет строят храмы, существующие поныне… Меня пригласили, но руководству пришлось меня ждать! В тот момент я уже получила заказ и делала салон красоты.
Потом меня «перекупил» крупный холдинг, где я открывала первую архитектурную студию. А следом открыла свою! Уже будучи руководителем студии холдинга, я пошла получать бизнес-образование, параллельно с основной учебой. Выбрала ИМИСП, это был единственный бизнес-вуз, котировавшийся за границей, они защищали MBA на международном уровне, на английском, с сертификацией.
– В каких сферах работает ваш бизнес сейчас?
– Сейчас у меня группа компаний. Есть проектная компания, которая на рынке более 20 лет. Есть Дом интерьерного дизайна IDHome, где полностью осуществляется комплектация интерьеров – проект создан совместно с моим дорогим другом и партнером Александром Беловым.
Есть свое собственное мебельное производство. Также один из моих любимых проектов – Инновационная Школа Дизайна – но не для начинающих, а для профессионалов, которые 20-30 лет на рынке, это «профпрокачка» экспертов с точки зрения психологии, юридических нюансов и т.д.
Следующее направление – проект IDS &Co по продвижению брендов и продуктов через образовательно-игровой формат. Это как раз история применения психологии продаж. Но не в образовательном формате, а в игре, через которую специалисты на практике прокачивают свои навыки.
А сейчас у меня стоит задача по запуску завода по производству домокомплектов – абсолютно новой технологии, реального ноу-хау на рынке.
Речь о домах на основе стержневой матричной древесины – эта технология уже получила множество патентов. Материал обеспечивает самый высокий класс энергоэффективности А+. Это дома с потрясающей формоустойчивостью, что обеспечивают параллельные матрицы, где не только пересечение волокон в различных направлениях, но и структурированное фрезерование, снижающее напряжение, поэтому материал не выкручивает при попадании влаги и нагрузках. К тому же технология обеспечивает возможность воздухообмена и равномерного распределения влажности: зимой в таком доме тепло, летом – царит приятная прохлада.
Мы проводили исследования, сравнивали наш материал с одним из популярных модных материалов на рынке. В процессе вымачивали оба материала на протяжении одного периода времени. Так вот известный материал спустя месяц держал еще 40% влажности. Наш – спустя неделю высох полностью.
Еще один плюс подобных домов – рекордные сроки строительства: дом в 300 квадратов собирается за 3-7 дней. При этом дома уже укомплектованы всеми инженерными коммуникациями: электрическими, сантехническими, вентиляцией, и инженерным оборудованием. То есть после сборки дом фактически готов для установки мебели и заезда жильцов.
Мы разработали проекты домов по уникальной технологии как для высокого сегмента, так и для социального, последние решают поставленные первым лицом страны задачи по развитию регионов и другие программы жилья населению.
– Оксана, какой из многочисленных проектов вы считаете самым главным?
– Самое важное дело жизни – мой сын Мирон, мой свет, мое наполнение, мое счастье. С самого детства он везде был со мной. Я не могла и не хотела ним разлучаться! Более того, я считаю, что дети лучше социализируются и познают окружающий мир, когда они в социальной среде. С рождением Мироши мне пришлось взять три секретаря и три помощника. Одна из помощниц всегда ездила со мной, была с сыном, пока я выступала, например, на конференциях или давала интервью. Между блоками выступлений я успевала покормить сына, а он был на грудном вскармливании, и работа продолжалась. Когда ребенок рядом – это наполняет, развивает иначе, чем когда он в детском саду. Сейчас Мирону 12, и это не по годам мудрый, глубокий, мыслящий парень.
– А к чему больше тяготеет сын? К бизнес-процессам или к творчеству?
– Он абсолютно творческий молодой человек, артист, вокалист, лауреат международных вокальных конкурсов, который просто живет сценой. Кстати, он стал фаворитом всех наших мероприятий в Доме интерьерного Дизайна, сейчас гост иногда даже заранее интересуются: «А будет ли Мирон?». В год и 11 месяцев он уже прошел кастинг в «Непоседы», в четыре года – в студию «Дисней» в Нью-Йорке. Сам – без подготовки – сдал на высший бал тестирование на Giftand Talented для одаренных и талантливых детей. Это дало возможность учиться в лучшей школе Манхэттена для одаренных детей, но в первый класс Мирон пошел в России. Как это неудивительно, программирование и логическое, аналитическое мышление тоже его сильная сторона. Например, один из сайтов нашей компании создал Мирон в 11 лет.
Увидим, что в будущем возьмет верх. А если вы спросите меня, в чем секрет успешного родительства, отвечу: «Самое главное – просто отдавать любовь. Все остальное доказывается собственным примером».
